Беки постучала вилкой по моему стакану.

— Да не парься ты. Александр тебя любит, а это самое главное. Когда мистер и миссис Стерлинг увидят, как вам хорошо вместе, они и сами будут счастливы.

Искренние слова лучшей подруги наконец-то заставили меня улыбнуться.

— Все-таки, Беки, нам нужно чаще видеться. Нельзя, чтобы любовные дела нам в этом мешали, во всяком случае, так, как это получается в последнее время.

— Как раз с этим скоро проблем не будет. Начнутся занятия, и мы станем видеться каждый день.

— Ох, лучше не напоминай. Лето на исходе.

— Ты вообще понимаешь, что мы уже в предпоследнем классе? — воскликнула она с таким воодушевлением, словно выиграла в лотерею.

Конечно, Беки можно только позавидовать. Ей в школу ходить — одна радость. Ведь там она может встречаться и с возлюбленным, и с лучшей подругой. Я бы, наверное, тоже радовалась началу занятий, будь у меня возможность видеть на уроках и переменах Александра, а не Тревора Митчелла, досаждавшего мне всю жизнь.

3. Вечерний разговор

Вечером, накануне первого дня занятий, я поглаживала Кошмарку и блуждала по Сети. Моя кошечка вдруг уставилась в окно и зашипела. Спина ее выгнулась дугой, шерстка встала дыбом. Она соскочила с моих колен, пробежала по кровати, вспрыгнула на подоконник и стала скрести стекло.

— Кошмарка, это, наверное, птичка. Уймись.

Потом мой слух уловил легкий звон, как будто снаружи что-то стукнулось о стекло. Кошмарка взбесилась окончательно, пробежала по комнате и вылетела за шаткую открытую дверь.

Я всмотрелась в темноту. Глазам потребовалось некоторое время, чтобы приспособиться к мраку, но и потом мне не удалось заметить ничего необычного ни возле гаража, ни близ качелей, находившихся в нескольких ярдах от него. Впрочем, нет. Рядом с деревом с трудом угадывалась темная фигура, прислонившаяся к нему.